1249dfeb

Константинов Андрей - Тульский Токарев 1



ТУЛЬСКИЙ - ТОКАРЕВ
ТОМ 1
СЕМИДЕСЯТЫЕ - ВОСЬМИДЕСЯТЫЕ
Андрей КОНСТАНТИНОВ
Авторское предисловие
Эта книга, которую Вы, Уважаемый Читатель, держите сейчас в руках, далась нам нелегко. Нам - потому что делал я ее вместе с Евгением Вышенковым, моим другом, с которым в 1980 году мы поступили на восточный факультет Ленинградского университета.

Я потом стал военным переводчиком, а Евгений ушел работать в уголовный розыск. Много чего случилось в наших жизнях, прежде чем мы стали работать вместе в Агентстве Журналистских расследований - я директором, а Евгений - заместителем директора.

Приключений разных было много - и смешных, и страшных. Всяких. В том числе и таких, о которых не хочется вспоминать.

Если Вы, Уважаемый Читатель, знакомы с романом "Мент" - то Вам, наверное, любопытно будет узнать, что прототипом Александра Зверева как раз и был Евгений. Он не захотел, чтобы его имя было вынесено на обложку.
Почему - думаю, об этом надо спросить его самого. Я лично объясняю это специфическими особенностями его характера. Имеет право.

Тем более, что у меня характер тоже не сахар.
Нам было интересно работать, и это было честное соавторство.
Что из нашей работы получилось - судить Вам, Уважаемый Читатель.
Если кто-то заметит в книге что-то очень знакомое и лично его касающееся - сразу предупреждаю, что книга все-таки художественное произведение, а стало быть, ее фактура не может быть использована в суде. Заранее прошу прощения за использование грубых и ненормативных выражений - но из песни слова не выкинешь, некоторые фразы иначе просто не построишь.

Вернее - построить-то можно, но такая "политкорректная" переделка, с моей точки, зрения будет попахивать ханжеством. Некоторые истории можно рассказать только специфическим языком, особенно если рассказывается мужская история...
Андрей Константинов
15 февраля 2003 года,
Санкт-Петербург
Часть I. СЕМИДЕСЯТЫЕ
...Кажется, что давно это было, очень давно. И не потому, что с тех пор прошло много лет, а потому, что тогда была другая цивилизация. Жизнь устраивалась и складывалась совсем по-другому.
И Петербург уже и еще назывался Ленинградом. Это был другой век и совсем другая жизнь... Она была настолько другой, что много лет спустя, уже в самом начале следующего века, один из героев этой истории в разговоре с приятелем случайно обмолвился, вспоминая учебу в школе, из которой выпустился в "олимпийском" восьмидесятом году: "А я не помню, каким был тогда...

Каким-то другим, а каким - не помню... Это ж так давно было - еще до войны"... Сказал - и осекся, смутился, потому что ни в Афганистане, ни в Чечне, ни в иных-прочих интернациональных и горячих точках не был.

Но собеседник понял: "Все ты правильно сказал. Действительно, - до войны... Какая разница, как ее называть - гражданская, бандитская или социальная..."
Да, это было другое время и другая музыка жизни... Но Город все равно был Питером, и Васильевский остров так же называли Васькой.

И еще было много того, что осталось и сохранилось, - но спряталось потом до поры, до того момента, когда понадобится вспомнить... и увидеть мосты в то время, которое никуда не исчезло. Главное - это выбрать правильный мост и успеть пройти по нему в правильном темпе.
Итак, Питер, Васильевский остров, семидесятые...
Жили тогда на Острове (а именно так, кстати говоря, многие жители Васьки и называли свой район) два мальчика - очень не похожие друг на друга, родившиеся в разных семьях и по-разному воспитывавшиеся. Но оба они с раннего детства не любили, чтобы их наз



Назад