1249dfeb

Константинов Андрей - Тульский Токарев 2



ТУЛЬСКИЙ - ТОКАРЕВ ТОМ 2
ДЕВЯНОСТЫЕ
Андрей КОНСТАНТИНОВ
ЧАСТЬ III. ДЕВЯНОСТЫЕ
...В начале последнего десятилетия XX века в Питере окончательно пробудилось дремавшее Лихо. А когда Лихо просыпается - наступает, как известно, пора лихолетья.

Собственно говоря, пора лихая наступила не только в Ленинграде, но и во всей некогда могучей империи, доживавшей свои последние месяцы. Однако то, что происходило в Питере имело особый смысл для всей страны.

Москва, она, понятное дело, всегда жила на особицу от России, Провинция и не пыталась понять странный и вымороченый столичный уклад, а потому и не тянулась за Белокаменной. Ленинград же, как ни странно, был любимее и социально ближе для остальных советских городов. Поэтому, когда кровавая карусель бандитско-уголовного беспредела начала раскручиваться в Городе Трех Революций - стало ясно, что по питерскому примеру в самом скором времени кровушкой умоется и вся страна...
Уже в самом начале девяностых, когда бандиты еще ездили на стрелки с часто отказывавшими ППШ времен Отечественной войны - стрельба из огнестрельного оружия перестала быть чем-то чрезвычайным. Стремительно росло число убитых в странной, никем не объявленной войне за собственность - а на любой войне люди постепенно привыкают к смерти и перестают на нее реагировать так, как реагировали в мирное время.

И многие, очень многие тогда ошиблись, полагая, что главная цель в новых условиях - это выжить, выжить любой ценой - и физически и социально. Многие решили, что это - самое важное и трудное, кто справится с этой задачей (не стесняясь в средствах) - тот и Герой... (не стесняясь в средствах). И лишь спустя почти десятилетие в стране, с трудом избавлявшейся от угара всеобщего остервенения, начали осторожно говорить о том, что подлинный героизм проявляли те, кто изо всех сил пытался остаться нормальным человеком, несмотря даже на то, что и их Судьба подтаскивала к кровавой мясорубке, работе которой, казалось, не будет конца...
Тульский
7 апреля 1990 г.
Ленинград, Васильевский остров
Старший лейтенант милиции Артур Тульский пребывал в неплохом настроении, поскольку имел приятные планы на вечер. Он закинул ноги на свой рабочий стол, закурил и только было собрался предаться мечтаниям, как в кабинет к нему влетел злой как черт Витя Ткачевский - с недавнего времени зам. по УР начальника 16-го отделения милиции.
- Тульский! - заорал Витя.
- Й-й-я! - бодро откликнулся Артур, не меняя позы.
- Тульский! - угрожающе продолжил Ткачевский. - Я тебе сколько раз говорил, чтобы ты с макаровскими жуликами вопрос решил?!
- Много раз, - скорбно признал Артур и со вздохом опустил нижние конечности на пол.
- Ну так решай, наконец!!!! - заверещал Ткачевский. - От терпил отбою нет - твоя же земля, между прочим! Бери кого-нибудь, да хоть Харламова, - и дуйте в магазин, вправляйте мозги! Чтоб границу, твари, не переходили.

У нас своего говна под подбородок!
Понятно?
Понять "боевой приказ" было не мудрено. Территория, обслуживаемая Тульским, заканчивалась Съездовской и Первой линией. Чуть дальше - уже на "земле" 30-го отделения, на набережной Макарова, - располагался магазин "Внешпосылторг", в простонародье - "чековая Березка".

Конкурировать с этим магазином по престижности и ассортименту могли только валютные "Березки", да знаменитый "Альбатрос", где отоваривались советские моряки на так называемые "боны". В магазине же "Внешпосылторга" разные импортные дефицитные товары можно было купить за странные деньги - за чеки этого самого "Внешпосылторга".
Сх



Назад