1249dfeb

Копелев Лев Зиновьевич - Брехт



Лев Копелев
БPEXT
ОГЛАВЛЕНИЕ
Глава первая.
Блудный сын не вернулся
Глава вторая.
В беспокойную пору
Глава третья.
На приступ городов
Глава четвертая.
Театр будит мысль
Глава пятая.
Средство для великой цели
Глава шестая.
Родину можно унести с собой
Глава седьмая
Искатель правды на рынках лжи
Глава восьмая.
Возвращение
Глава девятая.
Нетерпеливый поэт третьего тысячелетия
Заключение
Основные даты жизни и творчества Бертольта Брехта
Краткая библиография
От автора
Глава первая
БЛУДНЫЙ СЫН НЕ ВЕРНУЛСЯ...
Я - Бертольт Брехт. Из темных лесов Шварцвальда.
Меня моя мать принесла в города
Во чреве своем. И холод лесов Шварцвальда
Во мне останется навсегда *.
* Перевод Конст. Богатырева. (В тех случаях, когда переводчик не
указан, - перевод автора.)
Мальчишки сидят на перилах моста. Внизу узкая быстрая речка Лех. На
мосту и вдоль набережной неспешное вечернее гуляние. Женщины колышут
огромными шляпами, на которых топорщатся чучела птиц, груды пестрых
матерчатых плодов и цветов. Усатые мужчины в котелках и темных сюртуках
постукивают тяжелыми тростями. Офицеры, затянутые в лиловато-серые мундиры,
сверкают лаком и позолотой касок, поблескивают моноклями, серебром погон и
пуговиц, сияют голенищами высоких сапог. Встречные солдаты гулко топают,
вскидывают высоко ноги, выпячивают грудь и, напряженно задирая локти, тычут
ладонями в околыши бескозырок - красные, желтые, синие околыши над
вытаращенными глазами. Стайки хихикающих, тараторящих разноцветных девиц,
топоча башмачками на пуговках, то и дело оказываются вблизи офицеров или
солдат.
А мальчишки сидят на перилах, негромко переговариваются и смеются.
- Как непристойно ведут себя эти сопляки! Какая распущенность! -
пыхтит из кочана желтых кружев багровая, затянутая корсетом дама.
Щуплый муж тянется кверху. Блестящий высокий цилиндр, окладистая
борода и толстые подошвы должны восполнить недостаточные признаки
мужественного величия.
- Да. Действительно, ведут себя мерзко. Наши солдаты проливают кровь.
А эти болваны дрыгают ногами и скалят зубы. Никакого уважения к мундиру. В
казарму бы их на выучку.
- И подумать только, среди них и дети хороших родителей.
Дама пыхтит гневно и скорбно.
- Вон тот глазастый, остроносый ведь старший сын директора бумажной
фабрики Брехта...
- Можно лишь пожалеть отца. Шестнадцать лет, а уже сочиняет гнусные
стишки. Такие субъекты кончают на виселице или в тюрьме; в лучшем случае
-спиваются...
Невысокий, худой, остролицый паренек весело поглядывает круглыми
блестящими глазами. Он рассказывает:
- Нам обоим не повезло. Макс писал по-латыни о Цезаре - шесть ошибок,
а я на французском о Мольере - пять ошибок... Значит, переэкзаменовка, все
лето зубрить... дома попреками замучают. Он решил перехитрить судьбу.
Подчистил две ошибки и пошел с удивленно-скорбной рожей: "Простите, герр
штудиенрат, произошло недоразумение, вы обсчитались, я сделал меньше
ошибок". Но штудиенрат - опытная каналья. Поглядел страничку на свет - вот
они, подчисточки. "Свет солнца обличил подлог". Отвесил звонкую оплеуху.
Потом рапорт директору. Узнал я об этом; нет, думаю, надо действовать
по-другому. Так, чтобы совсем необычно. Взял и подчеркнул красными
чернилами два правильно написанных слова. Прихожу, стесняясь и недоумевая,
не веря самому себе. "Простите, пожалуйста, в чем тут мои ошибки, мне
казалось, так правильно". Он поглядел, насупился, чертыхнулся шепотом. "Ты
прав, мой мальчик, извини меня". Зачеркнул, исправил отметку -



Назад