1249dfeb

Королев Анатолий - Ловушка На Ловца



Анатолий Королев
ЛОВУШКА НА ЛОВЦА
Казалось, город не замечал парящую в вышине хищницу, люди редко смотрели
в небо. Но ее хорошо видели птицы, и когда гарпия взлетала с балкона на
третьем этаже гостиницы "Роза Стамбула", - и без того распуганная войной,
птичья мелюзга забивалась по щелочкам.
За три дня охоты на счету гарпии были всего две удачи: голубь-витютень и
ласточка. Целый день голодная тварь парила в знойном небе над прифронтовым
Энском. Ни взлететь, ни пересвистнуться городским пичугам. Даже редкие
глупые куры, припрятанные подальше от солдатских глаз по сараям, и те
примолкали, словно бы и они видели, как каждое утро с балкона гостиницы на
Елизаветинской вылетает из клетки старая облезлая птица.
Она принадлежала заезжему гастролеру, владельцу передвижного
экзотического зверинца-шапито "Колизеум" шестидесятилетнему итальянцу
Умберто Бузонни. Она входила в число тех "семи ужасных чудес света", которые
возило на показ по России предприимчивое итальянское семейство: Умберто,
Паола (его жена), Бьянка (дочь), Чезаре и Марчелло (сыновья), и Ринальто
Павезе - племянник Бузонни. Чудеса шли нарасхват. Умберто считал, что в
скучной России успех держался на сонме невежд, которые, например, могли
клюнуть на такую афишку, отпечатанную в московской типографии О. Н.
Филимонова в 1913 году:
"Внимание! Всемирно известный передвижной зверинец "Колизеум"
итальянского артиста Умберто Бузонни. Турне по земному шару! Чудеса и химеры
животного и человеческого мира. Исключительно для взрослых! Ужасное,
завораживающее зрелище. Показывается в самые обычные дни и дает
необыкновенные сборы. Исключительная популярность в Париже, Сингапуре и
Нагасаки. Редчайший карликовый слон! Двухголовая кобра! Египетские
карлики-близнецы! Бородатая женщина! Живая Гарпия - вестница смерти!..
Поражаюшие весь ученый мир загадки XX века... Умберто Бузонни заслужил
высшие награды русской и заграничной прессы. Имеет подарок от великого князя
Николая Николаевича в Ташкенте".
Даже в искушенном Петербурге простолюдины валом валили поглазеть на
крашенных жженой пробкой, под арапов, "египетских" карликов.
Но времена внезапно изменились.
Если еще в 1916 году на ярмарках Москвы и Нижнего Новгорода к шапито
приклеивались длинные очереди любопытных, то осенью семнадцатого разом
исчезли и ярмарки, и зеваки. Для Бузонни наступила полоса неудач.
В Рязани пьяный унтер-офицер разбил револьвером стекло террариума и
пристрелил кобру - гвоздь программы. Она напугала его спутницу. Здесь же, в
Рязани, сдохли от чумки орангутанг и дикобраз.
Жена Паола и дочь Бьянка (обе по совместительству "бородатые" женщины)
потребовали от Умберто немедленно возвращаться домой, в Геную, откуда
семейство уехало одиннадцать лет назад. И Бузонни нехотя сдался. Уступил
ярости жены и слезам дочери. Он еще не хотел верить, что фортуна изменила
ему, любимцу русской публики.
Летом девятнадцатого года семейство повернуло на юг, пробираясь либо в
Одессу, либо в Крым, лишь бы подальше от красной Москвы, где даже лошадиное
мясо стало лакомством. Но злой рок не отставал. В Липецке из труппы сбежали
египетские карлики-близнецы, братья Иванцовы. Их сманил румынский цирк
лилипутов на богатые гастроли в Польшу. При побеге близнецы прихватили с
собой часть реквизита (даже зингеровскую швейную машину жены сперли), не
побрезговали мелочью. В Воронеже Умберто Бузонни надул его же давний
знакомец, коллега по ремеслу, иллюзионист-эксцентрик Луи Карро. Он
предложил, учитывая исключите



Назад